Экологический подход в стратегии организации психопрофилактики наркоманий

Особое место в мире занимает проблема наркоманий. Нынешняя эра эпидемии злоупотребления психоактивными веществами прослеживается с середины 1960г. (Kozel, 1993). В странах СНГ – с периода афганской войны (1980 г.), когда из Афганистана обрушился первый вал наркотиков. К настоящему времени наркомания бросила глобальный вызов человечеству. (С.А.Караганов с соавт., 1998). Более того, на психоэнергоструктуру человека оказывает деформирующее влияние техносфера, порожденная человеком. Возник культ вульгарного материалистического мышления, который породил экологический кризис. Последний вызывает распад духа, разрушение тонкой структуры личности. Такие явления влекут человека к наркотикам и алкоголю для дополнительного запуска основного биотермодинамического процесса с целью поддержания биоэнергетического потенциала (В.М.Инюшин с соавт., 1992).

Данные о распространенности наркоманий в мире значительно варьируют, поскольку зависят от различных методов и источников сбора информации. По данным ВОЗ, наркотики в мире употребляют от 50 до 200 миллионов человек. Во всех странах мира отчетливо прослеживается переход от “легких” наркотиков к “тяжелым”, и на первое место выступает опийная, в том числе героиновая наркомании.

По данным Минздрава России, заболеваемость наркоманиями за последние 5 лет возросла в 3.5 раза. Те же данные свидетельствуют о том, что на начало 1998 года с немедицинским употреблением наркотических, психотропных и сильнодействующих веществ на учете в лечебных учреждениях состоит более 219 тысяч человек. По независимым экспертным оценкам, количество потребителей наркотиков среди жителей России уже к концу десятилетия превысит 3-х миллионный уровень.

В Кыргызстане в 1998 году официально зарегистрировано около 4 тысяч больных наркоманией, а по оценкам экспертов международных организаций число лиц, употребляющих наркотики предположительно составляет от 50 до 100 тысяч человек. В целом, с 1992 по 1998 год заболеваемость наркоманиями в Кыргызской Республике выросла более чем в 5 раз.

Актуальной проблемой современности, имеющей значение для психогигиены и психопрофилактики наркоманий, является вопрос о роли и степени участия различных внешних и внутренних факторов в их возникновении и развитии. Современная модель наркоманий – биопсихосоциальная и корреляция в ней психосоциальных и биологических факторов не представляет собой постоянную величину. В настоящее время считают, что патология психической активности находится в большей зависимости не столько от внутренних, сколько от внешних факторов, к которым относится комплексное воздействие социоэкономических и культуральных явлений, взаимодействие которых становится все более и более сложным (А.В.Снежневский, М.Е.Вартанян, 1970).

С этой же точки зрения под экологическими факторами следует понимать не только физические, химические явления внешней среды (климатогеографические, техногенные и антропогенные), но и психосоциальные, социокультуральные, информационные воздействия (П.К.Хохлов с соавт., 1998). Именно поэтому только всестороннее изучение информационной сферы обитания и условий жизни человека позволит приступить к определению истинного диагноза и анализу болезни. Человек, являясь сложной информационной структуру частично отражает закон постоянной симметризации и десимметризации в природе, процессы которого обеспечивают изотропность и гармонию среды. Но информационные зоны оказывают и опасное болезнетворное воздействие на людей, находящихся в сфере их действия. Эти влияния могут быть геопатогенными (геофизические аномалии с различными видами излучений), технопатогенными (заводы, электростанции, автостоянки и т.д.) и биопатогенными (антропогенного, животного и растительного происхождения). Более того, следует учитывать, что люди имеют свои строго определенные частоты внутренних органов и функционирующих систем организма. Как биообъект, человек, синхронизируется частотами, которые излучают в пространство люди окружающие его при рождении, в процессе совместной жизни, а также какие-либо близкие к нему объекты техногенного или растительного происхождения данной местности, то есть происходит обмен информацией, которая может быть как положительной, так и отрицательной (И.И.Юзвишин, 1996).

С этих позиций интересно рассмотреть проблему произрастания и культивации на территории Центрально-Азиатского региона наркосодержащих растений, таких как опийный мак, конопля, эфедра. Еще 40 лет назад опийный мак выращивался в 98 колхозах и совхозах Киргизской ССР, сбор опия составлял 80% всего сбора в СССР и 16% мирового производства. В настоящее время площадь, занятая дикорастущей коноплей, составляет в Чуйской долине 170 тысяч гектаров, на территории Кыргызской Республики – примерно 60 тысяч гектаров. Общая площадь, занятая под незаконную культивацию мака в Центрально-Азиатском регионе, достигает 2 тысяч гектаров, на которых возможно производство свыше 30 тонн опиума. Наличие в Кыргызской Республике сырьевой базы эфедры дает возможность сбора этого сырья до 500 тонн в год (А.Зеличенко, 1998). В Казахстане плантации конопли, эфедры и мака занимают свыше 1 миллиона гектаров. Такие природные условия предполагают многовековый опыт адаптации местных жителей к окружающей природно-наркогенной среде, что и помогает им преодолевать или приобретать болезни химической зависимости. Это согласуется с идеями А.В.Снежневского о том, что любые внешние вредоносные факторы раньше или позже теряют свое значение в развитии болезни. Causa externa неизбежно становится Causa interna, поскольку патогенетические механизмы болезни эволюционно строго запрограммированы, как и все другие биологические явления в организме человека. Соответствующие программы, будучи сформированными исторически, инволюционно отражают вековой опыт адаптации человека к окружающей среде.

Современные исследования подтверждают и точку зрения о существовании биологических механизмов предрасположенности организма к зависимости от психоактивных веществ. Среди биологических популяций имеются группы с различным уровнем мотивации потребления алкоголя, наркотиков и с различной степенью риска формирования синдрома зависимости от них. В большинстве случаев эти признаки являются врожденными, но они могут быть и изменены под влиянием внешних воздействий (И.П.Анохина, 1995). Теоретически можно предположить наличие наследственных влияний на все человеческое поведение, но эмпирически определить сравнительный удельный вес факторов наследственности и факторов среды пока невозможно (Feldman, 1993). Однако дискуссия о приоритете индивидуальных (личностно-психологических) и социальных переменных в понимании поведения человека, в том числе и “нарконаправленного” – это дискуссия искусственная (Б .Е.Алексеев, 1991). Обе категории переменных изменяются и дополняют друг друга. Подобная точка зрения на сегодняшний день является наиболее актуальной и подводит исследователей к созданию “интегративных теорий”, в которых объединяются различные факторы и динамика патологических процессов, которые и формируют единую теорию с разным уровнем последовательных объяснений. К таким подходам относится экологический (“эволюционно-популяционный” по М.М.Кабанову, 1995) подход, находящийся в стадии бурного развития. В нем дискутируются вопросы многочисленных научных направлений исследования проблемы, классификаций экологических стимулов и вызываемых ими экологических заболеваний.

С учетом рассмотренных теоретических и практических положений проблем экологической патологии мы в данном исследовании обобщили накопленный клинический материал с целью оценки эффективности разработанного и используемого интегрированного подхода психопрофилактики наркоманий, а также изучения факторов, влияющих на формирование нарконаправленного поведения и наркотической зависимости, развития психических расстройств, связанных со злоупотреблением психоактивных веществ.

Исследование проведено на 120 пациентах мужского пола молодого возраста (по критериям ВОЗ), с проявлениями психических расстройств в результате злоупотребления опиоидами (по критерии МКБ-10), впервые обратившихся за медицинской помощью в Медицинский Центр доктора Назаралиева. В работе использовался метод социологического анкетного опроса, для проведения которого нами были разработаны адаптированные к целям исследования опросники учитывающие рекомендации ВОЗ и ведущих наркологических центров мира. Использовались также внедренные в исследовательский процесс клинико-психопатологический метод и экспериментально-психологический метод, включающий в себя стандартизированные тесты. Неформализованное интервьюирование проводилось среди пациентов и сопровождающих их лиц из ближайшего микросоциального окружения (родители, жены, друзья). Психодиагностическое тестирование осуществлялось в динамике: при поступлении и при выписке из отделения острых психосоматических расстройств. Комплекс тестовых методик включал диагностику оперативной оценки самочувствия, активности, настроения (методика САН); диагностику личностной и реактивной тревожности (методика Ч.Д.Спилбергера, Ю.Л.Ханина); диагностику показателей и форм агрессии (методика А.Басса, А.Дарки) диагностику социально-психической адаптации (методика К.Роджерса и Р.Раймонда).

Средний возраст пациентов на момент поступления в клинику составлял 24.03 ± 2.97 лет. Возраст первого употребления наркотика находился в диапазоне 19.27 ± 3.08 лет. Общий стаж наркотизации составлял 4.8 ± 2.61 лет. Клинически при поступлении у всех больных были ярко выражены признаки активной зависимости к препаратам опийной группы растительного или синтетического происхождения, а также симптомы, характеризующие неосложненный синдром отмены наркотика.

По результатам анкетного опроса мы определили факторы, оказывающие наибольшее влияние на формирование нарконаправленного поведения пациентов и факторы, провоцировавшие первое употребление психоактивных веществ. Первостепенными из них оказались внешне-средовые воздействия, связанные с влиянием социально-средовового окружения вне семьи, на что указывали 43.75% обследуемых. Из них 15.6% интервьюированных считали важнейшей причиной первого употребления наркотика влияние друзей или подражание им. Такое же число пациентов (15.6%) было вовлечено в наркотизацию наркомафией, 12.5% обследуемых указывали на приобщение к наркотикам в период службы в армии. Факторы внутреннего личностно-психологического поведения были обнаружены у 37.5% обследуемых, при этом основным мотивом первого употребления наркотика у 21.85% опрошенных пациентов был поиск новых ощущений, у 15.65% – фактор обозначался как “кризис идентичности” или “потеря чувства самого себя, невозможность приспособиться к собственной роли в изменившемся обществе”. Факторы семейного неблагополучия способствовали первому приему наркотических средств в 18.75% случаев, при этом в 15.65% фактор ранжировался как “депривация теплых родительских и супружеских чувств”, в 3.1% -как “смерть близкого человека”.

Получив данные о том, что внешне-средовые воздействия формировали нарконаправленное поведение пациентов в 100% случаев, мы проанализировали вклад внутренних (наследственные и биологические) факторов риска в развитии наркоманий. Было установлено, что наследственность, отягощенная хроническим алкоголизмом и психическими заболеваниями в первом и втором поколении родословной пациентов, регистрировалась в 14.6% и 3,6% случаев соответственно, а патология раннего детского возраста (родовые травмы и перинатальные энцефалопатии) выявлялась у 28% обследованных. То есть по данным нашего исследования внутренние факторы риска развития наркоманий составили в целом 46.2%.

Клинико-психопатологическое обследование пациентов выявило У всех больных агрипнические и аноректические расстройства, расстройства настроения и аффекта с преобладанием гипотимий и дисфории; расстройства идеаторной сферы преимущественно с “амбитендентным” типом мышления и анозогнозией; расстройств поведения с актуализированной наркотической доминантой (обсессивной, обсессивно-компульсивной, сверхценной). Наиболее часто встречающиеся расстройства личности отвечали критериям диссоциального, истерического, эмоционально-неустойчивого и сложно-сочетанного типов (по МКБ-10).

Результаты психологического тестирования по методике САН свидетельствовали о том, что при поступлении самочувствие, активность, настроение больных соответствовали 2,34 ± 1,25, 2.71 ± 1.33, 3.02 ± 1.44 баллам, что характеризовало по оценочной шкале их клиническое состояние ниже средне-нормального. Использование методики Спилбергера-Ханина показало, что при поступлении показатель личностной тревожности по шкале оценок составил 45.33 ± 8.56 балла, реактивной тревожности – 49.1 ± 10.99 балла, что соответствовало высокому уровню тревожности. Методикой А.Басса, А.Дарки выявлены и выведены средние значения показателей и форм агрессии. Использованные диагностические индексы показали высокую степень её выраженности: уровень физической агрессии составил 71.53 ± 14.19; раздражительности – 60.63 ± 15.60%, негативизма – 70.93 + 28.39%; чувства вины – 78.76 ± 21.01%, индекс агрессивности равнялся 66.06 ± 12.7-7%.

Всем больным проведен курс стационарного лечения, включающий последовательные этапы психофармакотерапевтического воздействия. Первоначально проводилась дезинтоксикационная терапия и терапия, направленная на восстановление жизненно важных функций организма и гомеостатического равновесия с использованием методов гравитационной хирургии крови, гипербарической оксигенации, лазеротерапии и инфузионной терапии и других специфических и общетерапевтических методик. После чего подключались методики психофармакотерапии в сочетании с методами когнитивно-поведенческой психотерапии, направленные на коррекцию психопатологических синдромов-мишеней, выявленных в процессе клинико-психопатологического обследования.

Проведенный комплекс психопрофилактики оценивается нами как высокорезультативный. Через 14 дней лечения у больных отмечалась положительная динамика в редукции психопатологических синдромов, подтвержденная контрольными методами психодиагностики. Так, данные повторного психологического тестирования методикой САН свидетельствовали о том, что средние показатели самочувствия, активности, настроения у больных при выписке из отделения острых психосоматических расстройств были в пределах средне- нормальных и выше и соответствовали 5.72 ± 0.66, 5.58 ± 0.80, 5.94 ± 0.95 баллам. Средние показатели личностной и реактивной тревожности (методика Спилбергера-Ханина) при выписке равнялись 38.9 ± 7.11 и 38.37 ± 9.61 баллам, что по оценочной шкале соответствовало “умеренной тревожности”. По методике К.Роджерса и Р.Даймонда были выведены средние интегральные показатели адаптации (63.93 ± 23.14%), эмоциональной комфортности (65.17 ± 14.80%) и показатель внутреннего контроля (56.60 ± 9.20%), которые соответствовали средне-нормативным значениям.

Таким образом, данные, полученные в ходе исследования, согласуются с литературными сведениями об экологической обусловленности наркоманий, поскольку нами установлено, что в формировании нарконаправленного поведения человека принимают участие в первую очередь внешние факторы, линейно не связанные с биологической и наследственной предрасположенностью. Проанализированные нами экологические стресс-стимулы безусловно способствовали введению в организм ксенобиотика, в данном случае психоактивных веществ, явившихся причиной формирования болезней химической зависимости с патологическими нарушениями разнообразных витальных сфер. Отсюда следует, что подход к лечению наркоманий должен быть интегрирующим, включающим различные способы и методы психофармакотерапевтического вмешательства. Полученные нами данные очень важны и с позиций построения стратегии профилактики болезней химической зависимости, поскольку наглядно показали, что даже самые эффективные методы медицинских вмешательств на этапах сформированного заболевания не в состоянии полностью решить проблемы пациентов, ибо в данном случае речь идет не столько о восстановлении жизненно важных биологических функций организма и прежде всего функций мозга, сколько о неблагоприятных воздействиях на среду обитания человека. Поэтому государственная политика как и усилия общества в целом должны концентрироваться прежде всего на мероприятиях по проведению первичной и вторичной профилактики, поскольку только они способны обеспечить эффективную борьбу с наркоманией.